Выберите свой город

От выбранного города зависит представление информации на страницах (например, цены и контакты). Или ищите от А до Я
En | Ru

Национальный банковский журнал. Интервью Артема Констандяна: Инновационность как оружие в конкурентной борьбе

А. КОНСТАНДЯН: «Наши конкурентные преимущества в выстраивании взаимоотношений с клиентом»

Промсвязьбанк, входящий в ТОП-15 крупнейших российских банков, привлек к себе внимание наблюдателей тем, что в прошлом году продемонстрировал рекордную за всю историю существования прибыль, а в этом году первым из частных банков провел размещение выпуска еврооблигаций на внешних рынках капитала. О том, за счет чего банку удалось улучшить свои финансовые показатели, и о том, каково было размещаться в условиях очередного обострения «греческого гриппа», рассказал в интервью НБЖ президент Промсвязьбанка Артем Констандян.

НБЖ: Артем Георгиевич, первый вопрос, с которого мы традиционно начинаем интервью «О бизнесе и о себе», -с какими результатами банк завершил прошлый год, и каковы результаты его деятельности за первый квартал текущего года?

А. КОНСТАНДЯН:
Результаты прошлого года мы объявили и прокомментировали какое-то время назад. Могу с чувством удовлетворения повторить, что они являются рекордными за всю историю Промсвязьбанка, например, прибыль составила 5,2 млрд рублей по МСФО. Это приблизительно в 1,5 раза выше максимального показателя, который банк продемонстрировал в докризисный период.

НБЖ: В этом году вы надеетесь повторить этот результат или, возможно, превзойти его?

А. КОНСТАНДЯН: Сейчас мировая экономика и мировые финансовые рынки переживают, как хорошо известно, период нестабильности. Сложно прогнозировать, как ситуация будет развиваться дальше: вероятность выхода Греции из еврозоны очень высока, а последствия этого выхода для мировой экономики и мировых финансов сложно просчитать. Поэтому сейчас трудно что-либо обещать. Но если абстрагироваться от этих внешних факторов, то можно прогнозировать, что результаты деятельности банка, возможно, будут даже лучше, чем в прошлом году.

НБЖ: А на чем основан этот прогноз?

А. КОНСТАНДЯН: В числе прочих факторов на результатах деятельности за первый квартал 2012 года: прибыль Промсвязьбанка составила 1,8 млрд рублей по МСФО.

НБЖ: Вы указали на то, что в этом году ситуацию осложняют внешние негативные факторы. Но ведь 2011 год тоже был совсем не простым, учитывая и снижение кредитного рейтинга США, и эскалацию долгового кризиса в Европе. Тем не менее вы сказали, что банку удалось установить рекорд по прибыли - за счет каких направлений бизнеса или иных факторов это было достигнуто?

А. КОНСТАНДЯН: Знаете, никакого чуда не произошло. Развивались все линии бизнеса, основной вклад в доходы внесло, как обычно, обслуживание корпоративных клиентов. При этом нам как раз удалось сохранить прежним уровень чистой процентной маржи в «корпорате» - 3,9%. Это неплохой результат.

НБЖ: Особенно если учесть, что большинство банков сегодня жалуется на падение маржи в этом сегменте. Может, то, что Промсвязьбанку удалось избежать этого падения, и есть чудо?

А. КОНСТАНДЯН: Нет, это результат нормальной постоянной системной работы. Признаюсь честно - у Промсвязьбанка не очень много конкурентных преимуществ, выражающихся в чем-то материальном. У нас в отличие от банков с государственным участием или «дочек» иностранных финансово-кредитных групп нет доступа к дешевому фондированию, соответственно, мы не можем предлагать клиентам ставки по кредитным продуктам по ставкам ниже среднерыночных. Наши конкурентные преимущества лежат в иной плоскости: банк четко выстраивает взаимоотношения с клиентами и качественно управляет внутренними процессами.

ПОРТФЕЛЬ МСБ БАНК БУДЕТ НАРАЩИВАТЬ КАК ОРГАНИЧЕСКИМ ПУТЕМ, ТАК И ПУТЕМ ПРИОБРЕТЕНИЯ ПОРТФЕЛЕЙ ДРУГИХ ИГРОКОВ РЫНКА

НБЖ: Когда мы говорим о «корпорате», то имеем в виду обслуживание крупных и средних компаний?

А. КОНСТАНДЯН: Да. Что касается МСБ, то в этом направлении банк действительно достиг впечатляющих результатов. По итогам прошлого года портфель кредитов МСБ вырос на 43%. Но это тоже результат не чуда, а кропотливой постоянной работы банка. Половина этого роста обеспечена традиционной органической деятельностью банка по обслуживанию малых и средних предприятий, половина - результат приобретения в прошлом году портфеля банка ТРАСТ.

НБЖ: В прошлом году об этой сделке много говорили на рынке как о достаточно успешной. Вы планируете продолжать наращивать портфель МСБ за счет приобретения аналогичных портфелей у других банков?

А. КОНСТАНДЯН: Мы не исключаем такой возможности, искали и сейчас ищем портфели, отвечающие нашим требованиям. Хотя, должен честно сказать, я думаю, что таких портфелей на сегодняшний день на рынке не очень много.

НБЖ: То есть ставку вы все-таки делаете на органичный рост направления МСБ, а не на рост в результате покупки портфелей других банков?

А. КОНСТАНДЯН: В нынешних условиях - да. Хотел бы добавить, что об успешности нашей деятельности в этом сегменте можно судить и по следующему показателю: если по размеру активов Промсвязьбанк входит в ТОП-15 крупнейших банков страны, то по объему кредитования малого и среднего бизнеса - в ТОП-5.

НБЖ: А то, что кредитование малого и среднего бизнеса традиционно рассматривают у нас как достаточно рискованное направление банковского бизнеса, вас не смущает? Ведь часто можно услышать, что банкиры жалуются на непрозрачность компаний МСБ, на недостоверность их отчетности и т.д.

А. КОНСТАНДЯН: Согласен, что уровень прозрачности малых предприятий в России заметно уступает уровню прозрачности аналогичных по размеру компаний в европейских странах и даже уровню прозрачности деятельности и отчетности наших средних и крупных предприятий. Ну что ж, банки должны уметь работать с любыми клиентами, если хотят показывать прибыль и развивать собственный бизнес. Скидывать со счетов МСБ нельзя, потому что компании, принадлежащие к этому сектору, составляют огромный пласт клиентской базы: только в Промсвязьбанке обслуживается более 70 тысяч клиентов - компаний МСБ. При этом только 10 тысяч из них являются заемщиками.

НБЖ: Любопытное соотношение.

А. КОНСТАНДЯН: На мой взгляд, это вполне объяснимый факт. Обслуживание МСБ не означает, что все наши клиенты из этого сегмента автоматически являются заемщиками банка. И наша стратегия ориентирована не на то, чтобы превратить всех клиентов в заемщиков - хотя, не скрою, именно кредитование МСБ генерит для банка основной доход в этом сегменте, - а на то, чтобы максимально расширить перечень продуктов, которые мы предлагаем малым и средним компаниям.

Вернемся к вашему вопросу о рискованности кредитования МСБ. Согласен - риски здесь довольно высоки. Но давайте задумаемся вот над каким фактом. Европейский банк реконструкции и развития с момента своего выхода на наш рынок - и задолго до того, как он стал миноритарным акционером Промсвязьбанка, - всячески рекомендовал российским финансово-кредитным институтам работать с малым и средним бизнесом. Он это делал потому, что хорошо понимал: кредитование малого и среднего бизнеса с точки зрения соотношения «риск - доход» является ничуть не менее привлекательным направлением для банков, чем работа с крупными компаниями.

НБЖ: К тому же конкурентная борьба в сегменте МСБ, наверное, не такая острая, как в «корпорате».

А. КОНСТАНДЯН: Я бы так не сказал. Конечно, в сфере обслуживания корпоративного бизнеса сейчас наблюдается самая острая конкуренция между банками. Тем не менее и в сегмент МСБ многие наши коллеги пошли не вчера. Успеха здесь удалось добиться далеко не всем, но работать с малыми и средними компаниями пытаются...

НБЖ: Практически все банки, во всяком случае, из Т0П-1ОО.

А. КОНСТАНДЯН: Да. Более того, мы предвидим дальнейшее обострение конкурентной борьбы хотя бы потому, что Сбербанк уже анонсировал серьезные планы по освоению этого сегмента. Для нас, конечно, это не повод, чтобы сворачивать свою деятельность здесь, но мы понимаем, что работа предстоит серьезная, и очень многое будет зависеть от качества предоставляемого сервиса.

НАМ УДАЛОСЬ ПРАКТИЧЕСКИ ПОЛНОСТЬЮ ОЧИСТИТЬ РОЗНИЧНЫЙ ПОРТФЕЛЬ БАНКА ОТ ПРОБЛЕМНЫХ ССУД

НБЖ: Как-то получилось, что мы сразу заговорили о «корпорате» и МСБ. Можно ли на основании этого сделать вывод, что рознице Промсвязьбанк уделяет сейчас меньше внимания, чем этим направлениям бизнеса?

А. КОНСТАНДЯН: Как сказать... С одной стороны, темпы роста розничного бизнеса в Промсвязьбанке значительно уступали в прошлом году темпам роста МСБ. Портфель кредитов МСБ вырос, как я уже говорил, на 43%, портфель розницы - всего на 14%, что значительно меньше среднего показателя по рынку. Но здесь сыграло роль не отсутствие у нас интереса к рознице, а тот факт, что было осуществлено несколько сделок по продаже портфелей проблемных ссуд, накопленных банком еще в докризисный период. В прошлом году мы продали таких старых долгов на сумму более 10 млрд рублей, тем самым практически полностью освободившись от бремени проблемных розничных кредитов. Если убрать эффект от этих продаж, то показатель роста розничного портфеля был бы по итогам гон года совсем иным и превысил бы 40%.

НБЖ: А что является вашим конкурентным преимуществом в рознице? Есть ли здесь материальная составляющая?

А. КОНСТАНДЯН: И здесь наши основные преимущества - это качество обслуживания и отношение к клиентам. Профессионализм, дружелюбие, готовность помочь. То есть простые человеческие эмоции, которых ждет любой из нас. Развивая в себе эти качества, банк приобретает главное - доверие. Также мы преобразуем наши офисы, чтобы они были удобны клиентам: делаем бесплатный wi-fi, ставим детские уголки, вводим публичные стандарты качества и следим за их выполнением.

НБЖ: Поскольку вы упомянули факт продажи портфелей проблемных ссуд, то хотелось бы задать следующий вопрос: не секрет, что сейчас идут дискуссии о законности коллекторского бизнеса. Роспотребнадзор, например, отстаивает достаточно радикальную точку зрения: переуступка банками долгов физических лиц коллекторским агентствам, по мнению службы, не соответствует российскому законодательству. Если эта позиция восторжествует и будет юридически закреплена, банки, с вашей точки зрения, могут серьезно пострадать?

А. КОНСТАНДЯН:
Надеюсь, что этот вопрос носит теоретический характер, и всерьез перспективу запрета коллекторского бизнеса никто не рассматривает. Насколько нам известно, законодатели сейчас работают над законом о коллекторском бизнесе, что мы всячески приветствуем, так же как приветствуем и работу над законопроектом «О потребительском кредитовании». Не скрою, не все положения этих документов нас удовлетворяют, но, по моему убеждению, любой порядок лучше, чем стихия.

Что касается коллекторов, то их работа - неотъемлемая часть развитых финансовых систем. И поскольку мы движемся в направлении развития нашей финансовой системы, то я не вижу ни возможности, ни необходимости запрета коллекторского бизнеса. Другое дело, что деятельность компаний, работающих в этом сегменте, должна приобретать более цивилизованные формы. Сейчас очень много претензий связано, с одной стороны, с поведением некоторых коллекторов, а с другой стороны, с нарушением Закона «О персональных данных». Первую проблему, я надеюсь, урегулирует принятие закона о коллекторской деятельности, вторая уже сейчас находится в стадии регулирования. Конечно, банкам приходится серьезно пересматривать свои процессы при передаче портфелей проблемных ссуд коллекторам по агентской или цессион-ной схемам. Это требует и временных, и финансовых затрат. Но в любом случае продажа портфелей «плохих» долгов коллекторам - куда более выгодный для банков способ решения проблемы, чем оставление этих долгов на балансах.

НБЖ: Еще в начале нашей беседы о рознице хотела задать вам уточняющий вопрос: когда мы говорим об этом направлении деятельности банка, то подразумеваем кредиты наличными, кредитные карты и автокредиты? Ипотека подпадает под определение розницы?

А. КОНСТАНДЯН: Да. Если говорить конкретно о розничной линейке нашего банка, то в нее входят все перечисленные вами продукты за исключением автокредитов. Автокредитованием мы после кризиса не занимаемся и реанимировать это направление пока не планируем.

НБЖ: А в чем причина этого? Автокредитование, на ваш взгляд, плохо показало себя во время кризиса?

А. КОНСТАНДЯН: В том числе и поэтому. Автокредитование, безусловно, один из самых низкодоходных продуктов в кредитной линейке. Это бы еще ничего - ипотеку тоже никто из банкиров не относит к высокодоходным направлениям бизнеса. Но ипотека в период кризиса с точки зрения качества кредитного портфеля проявила себя очень хорошо - и это несмотря на тяжелое финансовое положение, в которое попали многие заемщики. А вот с автокредитами возникали серьезные проблемы, невзирая на наличие обеспечения, паспортов транспортных средств и т.д. Естественно, мы сделали для себя выводы: доходность продукта низкая, риски, напротив, высоки.

Что касается ипотеки, то я не хотел бы подробно расписывать все ее плюсы - это было сделано задолго до меня. Но укажу еще один позитивный момент: клиенты, привлекающие ипотечные кредиты, часто становятся активными потребителями и других банковских продуктов.

НБЖ: И с учетом этих факторов выбор был сделан в пользу реанимации ипотеки. Насколько я помню, во время кризиса Промсвязьбанк полностью свернул выдачу ипотечных кредитов.

А. КОНСТАНДЯН: Не только ипотечных. Мы примерно на полтора года ушли из розницы, за это время полностью перестроили бизнес-процессы и, как видите, вполне успешно вернулись. Объем ипотечных кредитов, выданных Промсвязьбанком за период с февраля 2011 года, к настоящему моменту серьезно превысил докризисный показатель. Особенно удачной была вторая половина года: банком было выдано ипотечных кредитов на сумму 2,9 млрд рублей, по итогам всего года - 3,6 млрд рублей. По нашим прогнозам, в этом году ипотечный портфель банка может превысить 10 млрд рублей - конечно, при условии, что мировые финансовые рынки будут себя более или менее нормально чувствовать.

НБЖ: А вы рефинансируете выданные кредиты через программы АИЖК?

А. КОНСТАНДЯН:
Нет, мы не пользуемся инструментами рефинансирования, которые предлагает агентство. На это есть целый ряд причин, но, пожалуй, главная из них - те объемы ипотеки, которые есть на сегодняшний день, практически не влияют на показатели ликвидности банка. Поэтому мы - во всяком случае, пока - не испытываем необходимости в рефинансировании ипотеки, но, учитывая динамичный рост нашего ипотечного портфеля, рассматриваем возможность его секью-ритизации по программе АИЖК.

СТРАХИ, ЧТО ГОСБАНКИ ПОДОМНУТ ПОД СЕБЯ РЫНОК, НЕ ОПРАВДАЛИСЬ

НБЖ: Я помню, что в рамках первого интервью, которое вы дали НБЖ в 2010 году, вы много говорили о факторинге и торговом финансировании как о двух наиболее перспективных направлениях бизнеса Промсвязьбанка. Сейчас вы относитесь к ним так же, или по мере нормализации ситуации в банковском секторе на первый план все же выходят классические банковские продукты?

А. КОНСТАНДЯН:
Нет. Факторинг и торговое финансирование - по-прежнему наши флагманские продукты. Их плюс в том, что они являются более привлекательными, чем стандартные корпоративные продукты, - и с точки зрения чистой маржи, и с точки зрения размеров дополнительного комиссионного дохода. Если говорить о торговом финансировании, то доля Промсвязьбанка в сегменте импортных аккредитивов составляет сейчас более 6%, что немного ниже показателя двухгодичной давности. При этом совокупная доля продуктов международного финансирования в общем кредитном портфеле банка остается на стабильном уровне в районе от 12% до 13%. Зато в сегменте экспортных аккредитивов наша доля выросла за прошлый год на 5% и теперь составляет порядка 15% за гон год, показатель же первого квартала этого года - 20,22%. Это говорит о том, что Промсвязьбанк занимает на рынке торгового финансирования очень серьезные позиции, как, впрочем, и на рынке факторинга.

НБЖ: Когда мы говорили про МСБ, вы отметили, что сейчас в этот сегмент либо уже вошли, либо пытаются войти практически все крупные и средние банки. Складывается впечатление, что то же самое можно сказать и о рынке факторинга.

А. КОНСТАНДЯН: Это направление бизнеса, конечно, не столь популярно, как МСБ, однако не могу не признать, что привлекательность факторинга в глазах банков растет - как раз в силу факторов, которые я назвал выше. И, конечно, обостряется борьба за клиента. Не могу не отметить активизации на этом рынке ВТБ. В результате покупки ТрансКредитБанка ВТБ вплотную приблизился к Промсвязьбанку и стал одним из лидеров рынка банковского факторинга.

НБЖ: Интересный момент: когда мы говорили о МСБ, вы упомянули об амбициозных планах Сбербанка по освоению этого направления бизнеса. В сегменте факторинга, по вашим словам, сопоставимым игроком с Промсвязьбанком становится группа ВТБ. Госбанки наступают и сильно осложняют вам жизнь?

А. КОНСТАНДЯН: Я бы так не сказал. Сейчас практически во всех сегментах, по всем направлениям деятельности наблюдается серьезная конкуренция, в том числе и со стороны банков с государственным участием. В МСБ, например, нам, конечно, приходится считаться с ВТБ24. Но это не означает, что частные банки исчерпали свои возможности и готовятся сдать позиции. Помните, как пять лет назад многие эксперты озвучивали пессимистичные прогнозы - мол, придут нерезиденты, и места для национальных частных банков не останется? Эти опасения не реализовались. Наступил кризис, госбанки получили колоссальную поддержку со стороны государства, к ним «перетекла» значительная часть вкладов физлиц, и все заговорили о том, что «госы» подомнут под себя весь рынок. Этого, как можно убедиться, анализируя сегодняшнюю ситуацию, не случилось, и вряд ли случится в будущем.

НБЖ: Справедливости ради стоит отметить, что поддержку в период кризиса получили не только «госы», но и «частники» - возможно, не в тех объемах, как госбанки, но все же...

А. КОНСТАНДЯН: В сопоставимых с «го-сами» объемах поддержку получила только одна частная финансово-кредитная организация - Альфа-Банк. Остальные частные банки получали поддержку преимущественно в виде доступа к дополнительной ликвидности, не в форме вливаний в капитал.

Но сейчас важно не то, кто и как получал поддержку, а то, что страхи об «огосударствливании» нашего банковского рынка не оправдались: доля госбанков, например, на рынке вкладов частных лиц перестала расти и даже начала потихоньку сокращаться.

Давайте посмотрим на другой сегмент рынка, который мы сегодня уже обсуждали: корпоративное кредитование. Здесь конкуренция между банками наиболее остра, и далеко не всегда предложение конкурента можно «перебить», предложив клиенту более низкий уровень ставок по кредитным продуктам. Так вот, даже в этом сегменте мы формируем такой портфель, какой сами считаем нужным, выдаем столько кредитов, сколько считаем правильным.

НБЖ: То есть не испытываете дефицита хороших заемщиков?

А. КОНСТАНДЯН: Не испытываем. Скажу честно - могли бы выдавать и больше кредитов, но с учетом маржинальности бизнеса и имеющихся рисков считаем нормальными нынешние объемы выдачи. Никакие госбанки нам развивать это направление бизнеса не препятствуют.

МЫ НЕ УПУСТИЛИ СВОЕ «ОКНО ВОЗМОЖНОСТЕЙ»

НБЖ: Не хотелось бы сразу уходить от вопроса о господдержке, оказанной банкам во время кризиса. Сейчас -и с этого началась наша беседа - тоже непростой период, когда кризисных явлений в нашей экономике вроде бы еще нет, а опасений по поводу прихода второй волны кризиса более чем достаточно. Если посмотреть на результаты последних аукционов РЕПО, проводимых Центробанком, то можно убедиться, что банки наращивают объемы ликвидности. По вашему мнению, это можно рассматривать как сигнал о скором наступлении кризиса?

А. КОНСТАНДЯН: Скорее как сигнал о том, что банки не исключают такой возможности. Я уже говорил, что ситуация с Грецией остается неясной, и все участники рынка понимают, что риски мировой финансовой системы за последние несколько недель сильно возросли. Поэтому и банки, и регуляторы на всякий случай готовятся к реализации худшего из возможных сценариев. В этом случае ликвидность всем пригодится. А если говорить о крупнейших игроках нашего рынка, то у них, насколько я могу судить, перебоев с ликвидностью не наблюдается.

НБЖ: Под ликвидностью обычно понимаются краткосрочные денежные средства, которыми располагает банк. А как обстоит дело с капиталом - в данном случае у Промсвязьбанка? Насколько я помню, в прошлом году банк привлек кредит на сумму в 3,5 млрд рублей от своего миноритарного акционера в лице Европейского банка реконструкции и развития.

А. КОНСТАНДЯН: Когда мы говорим о капитале, то нужно, в первую очередь, сказать, что в конце прошлого года банком была осуществлена дополнительная эмиссия акций на 4 млрд рублей, в которой участвовали наши мажоритарные акционеры и пропорционально своей доле - ЕБРР. В дополнение к этому мы привлекли субординированный кредит от ЕБРР, о котором вы упомянули. Таким образом, капитальная база банка существенным образом выросла.

НБЖ: А зачем понадобился такой объем дополнительного капитала?

А. КОНСТАНДЯН:
Капитала для банка никогда не бывает много. Более того - аналитики, на мой взгляд, часто справедливо указывают на низкий уровень достаточности капитала Промсвязьбанка как на наш конкурентный недостаток. Хотя я не совсем согласен с их выводами, но мы к ним прислушиваемся и стараемся повышать достаточность капитала.

Если рост продолжится, то прибыль будет становиться все более существенным источником увеличения капитала банка. Хотя новые вливания в капитал также возможны - рост рынка и бизнеса банка диктуют такую необходимость.

НБЖ: Весной Промсвязьбанк также разместил пятилетние еврооблигации на сумму 400 млн долларов. На вопрос, с какой целью это было сделано, вы уже фактически ответили, поэтому задам другой - как вы оцениваете результаты этого размещения? Не секрет ведь, что банк размещал облигации не в самый удачный момент, когда мировые финансовые рынки уже начинало трясти от очередного приступа «греческого гриппа».

А. КОНСТАНДЯН:
Вы правы, момент оказался непростым, и, на мой взгляд, размещение данного выпуска еврооблигаций было самым сложным из всех размещений, когда-либо осуществленных Промсвязьбанком. Волатиль-ность сыграла свою роль, мы действительно размещались, когда рынки уже начинали «барахлить». Тем не менее я считаю, что сделка по размещению еврооблигаций оказалась удачной -был зафиксирован достаточный спрос на инструменты со стороны инвесторов, еврооблигации были проданы по разумной цене, с приемлемой доходностью.

НБЖ: Полагаю, что сделку по размещению еврооблигаций готовят не за день и даже не за месяц. Почему в качестве времени размещения был выбран именно конец апреля - предполагалось, что рынки в это время не будут «барахлить», или решили не дожидаться, пока они стабилизируются?

А. КОНСТАНДЯН: Знаете, еврооблигации обычно размещаются в периоды так называемых «окон» - когда ситуация на рынках относительно стабильна, а аппетиты инвесторов достаточно высоки. Эти «окна» могут длиться неделю, месяц - по-разному. На заре своей банковской карьеры я думал, что этот термин - «окно возможностей» - скорее аллегория, чем реальная действительность. Но жизнь показала, что все так и есть: «окно» по определению бывает ограниченным, когда оно закроется, предсказать практически невозможно. В случае с размещением наших еврооблигаций могу сказать, что в начале апреля ситуация была совсем неплохой. Затем в силу известных событий «окно» начало закрываться...

НБЖ: Но Промсвязьбанку все же удалось в него проскочить.

А. КОНСТАНДЯН: Во всяком случае, удалось его не упустить.

ОПРЕДЕЛЕННАЯ ФОРА У ЧАСТНЫХ ИГРОКОВ ЕЩЕ ЕСТЬ

НБЖ: Последние вопросы, которые хотелось бы задать в рамках нашей беседы, связаны с тем, что Промсвязьбанк позиционирует себя как инновационный банк. Поясните, пожалуйста, что стоит за этой формулировкой, потому что зачастую возникает ощущение, что это не более чем некий красивый термин, такой же как «банк будущего».

А. КОНСТАНДЯН: Очень хороший вопрос. Возможно, для кого-то так оно и есть, но для Промсвязьбанка инновации - один из ключевых элементов стратегии. Мы действительно видим себя как технологического и инновационного лидера российской банковской отрасли. А что конкретно означает термин «инновационный банк»? На мой взгляд, в первую очередь, умение четко и быстро реагировать на все изменения, происходящие на нашем рынке.

НБЖ: Реагировать с точки зрения ИТ-составляющей бизнеса?

А. КОНСТАНДЯН: Это как раз распространенное заблуждение: когда мы произносим слова «инновационный банк», то подразумеваем под этим гораздо более масштабное явление, чем технологически «продвинутый» банк. Инновации - это технологии, которые делают жизнь людей легче и удобнее. Эти технологии могут иметь отношение к ИТ-решениям и ИТ-системам, а могут касаться совершенно иных аспектов деятельности банков.

Мир меняется с сумасшедшей скоростью, так же быстро меняются потребности клиентов. Инновационный банк - это финансово-кредитная организация, которая может соответствовать этим переменам. Это умение, по моему убеждению, является главным конкурентным преимуществом, которым располагают сейчас российские частные банки - не все, но некоторые - по сравнению с госбанками и «дочками».

НБЖ: Ну, госбанки довольно быстро подтягиваются в этом вопросе к частным банкам, достаточно взглянуть на «Сбер».

А. КОНСТАНДЯН:
Несомненно, это так. Но я уверен, что определенная фора у ведущих частных игроков еще есть.